2/WANK, Vadik Seno

What the fuck, what the fuck!
KoЯn, Follow the Leader

Я начал замечать за собой тенденции к маниакальной депрессии в двенадцатом классе, когда, узнав, что моя подружка переспала с каким-то кубинским ублюдком из авиационного института, я сделал на своем лбу двенадцать параллельных порезов безопасной бритвой.

Мне нравилось испытывать боль. Нет, в моей боли не было эротизма. Боль была частью меня, возвращала меня обратно в реальность. Я жил в параллельном мире, мои чувства вращались не вокруг запахов и живописи, мои нервные окончания требовали все большей доли агрессивной жестокости, мой организм пытался не зачерстветь, мой мозг боялся заснуть без ярких сигналов. Я стал потребителем страдания.

Как всегда с наркоманами, резиновое тело и всепоглощающая психика стали реагировать все слабее к моим играм. Боль интересна только когда она редка, но когда ты режешь свои вены, ломаешь суставы и кусаешь пальцы, пытаясь достать до кости, в какой-то момент ты уже переходишь границу оригинальности и возвращаешься в обыденный мир стерильной статики.

Постепенно, и, смотря сейчас на прошлое, вполне рационально, моя депрессия трансформировалась в агрессивную ярость. Расчетливая злость, по-детски смеющаяся в лицо испуганным прохожим, дала мне новую жизнь. Осталось еще семь.

Когда депрессия, достигая дна, переходит в сосредоточенную, расчетливую ярость, пациент приобретает уверенность, уверенность не в себе, а уверенность в своих целях, своих желаниях. Внешние люди не видят разницы. Пациент теряет связь с внешним миром, он очутился за бортом цивилизации по собственному желанию. Скоро наступит неминуемая развязка.

При всем интересе к серийным убийцам и насильникам, публика ограничивается прижизненными картинками жертв. Сумасшедшие сошли с ума, их не дано понять. Люди боятся проказы, они боятся заразиться, боятся сопоставлять свои приступы иррациональной ярости с действиями прокаженных. Публика верит в сатанист скую сущность поступков. Всплеск никчемной ярости воспринимается как несчастный случай. Еще один несчастный случай. Публика может понять убийство в состоянии аффекта. Убийство жены мужем вполне понятно. Ярость возникает как защитная реакция на действия жены, она спрятала бутылку водки, а у мужа был плохой день. Здесь все понятно. Когда школьник достает запыленный дробовик своего отца, вкладывает патроны, предварительно проверив затвор, звонит своему другу, они договорились об этом еще неделю назад, подбирает его на стареньком Понтиаке, они немножко опаздывают, но они спокойны, они уже приобрели уверенность, они вернули смысл в жизнь, распахивается дверь класса, учитель недовольно смотрит на часы, школьник кидает беглый взгляд на своего напарника, в этот момент он получает контроль над своей жизнью, но, даже больше, он контролирует их, контролирует чужую боль, и открывает огонь по бессильным телам... публика не в силах понять это.

Вера в естественную чистоту заставляет искать рассадники зла. Состояние аффекта, причину ярости, причину зла. Публике не нужны причины, они смиряются с ярлыками, им нужна легкая жизнь, они не в силах разбирать свои грязные фантазии, не в силах понять, что в каждом, в каждом сидит школьник, испытывающий ярость к миру. Каждый всплеск ярости не отличен от другого, будь то самоубийство, насилие или кровавое месиво невинных тел. Ярость и есть то состояние аффекта, которое потерянный человек испытывает к окружающему миру.

Поиск чувств, поиск добра, поиск света постепенно переходит в поиск боли, спасение сквозь страдание.

Я привык причинять боль, мне нравится искусственная уверенность моих скромных целей. Общество не может противостоять мне, я часть общества, я часть их. Я — сон каждого. Развязка близка, осталось 6 жизней.

В состоянии ли я описывать боль других? Хватит ли мне смелости и остроумия для поставленной задачи? Страх в глазах жертвы, крики, сопли и слезы загнанной в угол дичи, просьбы и мольба, обращение к богу, холодное безразличие и безысходность? Хочешь ли ты узнать, что по-настоящему чувствует жертва?

\///\///\//\/\//\///\//\\////\\//\\///\\/////\\\\\/////\\\////////\/\/\/\\//\///\/\/\/\//////\\\\//\////\////\\/\\///\/\//\\//\//////\

Осталось 5 жизней. Ярость. Общество уже ищет ярлык. Разложим всех маньяков по полкам — бедные родители, плохая работа, плохое воспитание, жестокость отца... Любую зацепку, которая поможет публике отделить себя от них. Он смотрел Natural Born Killers? Слушал Marilyn Manson? Вот оно! Ярлык покрашен, глаза можно закрыть. Благо депрессия обычно проявляется в самоубийстве, а не в полномасштабной резне.

Где же я в этом мире, мне тоже необходимо опереться. Удовольствие в чужой боли, анти-гуманное наслаждение, слабый Иисус закрывает глаза, мне плевать.

Я далеко ушел с того времени, когда сделал себе двенадцать порезов в двенадцатом классе. Меня больше не пугает кровь, а безопасные бритвы меня не возбуждают. Я провозгласил себя исследователем человеческой боли. Во имя своей жизни. Я наслаждаюсь процессом. Я достиг полу божественного состояния, спасение своей души через страдания других — чем не религия? Публика спит. Все довольны своим времяпрепровождением. Вот Развязка. Имя ей — счастливый конец.

Занавес.

Обратно
©1999 Вадик Сено. Хочешь бросить мне пару строк или излить свою электронную душу? Кидай мыло на slaveri@usa.net.